Фонд творческих проектов
Основные проекты фонда


Руководство Фонда творческих проектов
Попечительский совет
Наши партнёры
Дмитрий Грачев: «Коммерческое кино снимается, чтобы заработать деньги, а не для того, чтобы режиссер самовыражался»

21 апреля 2011 года на российские экраны выходит фильм «Свадьба по обмену» (прокатчик – «Централ Партнершип»). Режиссером этой романтической комедии стал Дмитрий Грачев. В прошлом телеведущий, телережиссер и автор более 50 документальных фильмов для «Первого канала» и телеканала «Россия», Дмитрий дебютировал в большом кино в 2009 году, сняв фильм «Невеста любой ценой» с Павлом Волей в главной роли. Встретившись с Дмитрием в офисе компании «Магнум», корреспондент ПрофиСинема.ру первым делом решил узнать, почему в новой картине Дмитрия Грачева опять фигурирует свадьба.

Корреспондент:
Дмитрий, Вам, похоже, везет на свадебную тематику…

Дмитрий Грачев:
Вы знаете, сейчас не режиссер выбирает фильм, а фильм выбирает режиссера. Кино в России снимается очень мало, поэтому либо ты встаешь в позу и за три копейки снимаешь что-то авторское «для души», либо берешься за то, что есть, и снимаешь коммерческий проект, который в большей степени раскрывает твои возможности как профессионала. Я прекрасно понимаю, что на коммерческих проектах режиссер это, скорее, менеджер. Он управляет творческими идеями, но все равно он нанятый человек, ведь такое кино снимается для того, чтобы заработать деньги и сделать вклады в банках москвы, так же его работа заключается и в том, что бы понравиться как можно большему количеству зрителей. Возможно, кто-то назовет это «попсой», только не на эстраде, а в кино. Но именно в такой нише и задумывался фильм «Свадьба по обмену». И мы решили сделать эту «попсу» красиво, как это снимается за границей.
Мне было важно и мне очень хотелось снять коммерческий проект со средним бюджетом, и уже не имело никакого значения, какая там тема – такой шанс выпадает не каждый день. Я сейчас как маленький мальчик в магазине игрушек: я еще не все умею и даже толком не знаю, что мне интересно, но хочется пробовать все. Просто так получается, что в жанре романтической комедии львиная доля всех сюжетов это истории про свадьбы, сбежавших невест и переодевания.
Написание сценария «Свадьбы по обмену» инициировали мы с Аней Меликян. Параллельно с «Невестой любой ценой» в кинотеатрах очень успешно шел американский фильм «Голая правда». Мы смотрели и думали: «Ну, вот почему у них получаются такие истории, а у нас нет? Нужно снять».

Корреспондент:
А почему у нас не получается?

Дмитрий Грачев:
К сожалению, в русском кино чаще всего бывает, что ты видишь не целое произведение, а его элементы: отдельно работу оператора, отдельно актера и отдельно художника. «Фильм плохой, но зато костюмы классные». Вот этого мне хотелось меньше всего. Даже в средних американских картинах все целостно и гармонично, а у нас «кто в лес, кто по дрова».

Корреспондент:
Как же нужно ставить задачу творческой группе, чтобы добиться этой целостности на экране?

Дмитрий Грачев:
У меня своя теория относительно того, как нужно общаться с людьми. Мне кажется, многие российские режиссеры неоправданно высокомерны и недоступны. Из-за этого никто из группы просто так не может к ним подойти: «Режиссер думает, не мешайте». Да почему? Если есть хорошая идея, подойди и скажи – вдруг фильм станет лучше. И еще очень многое в отношениях с людьми налаживается через юмор.

Корреспондент:
 «Свадьба по обмену» столичная комедия. Расскажите, как Вы создавали образ города.

Дмитрий Грачев:
Мое глубокое убеждение, что кино нужно снимать в декорациях. Или в таком городе, который приспособлен для съемок. Нам пришлось практически полностью перерисовывать город, потому что оставлять эти пейзажи в первозданном виде было бы не эстетично. Снимать в Москве уже невозможно – это отвратительный, некрасивый и очень враждебно настроенный город. Либо пробка, либо мусорные баки и бомжи. У нас с Аней Меликян даже был конфликт по этому поводу. Она меня спрашивала: «Дима, почему ты снимаешь не жизнь, а как будто все происходит в театре»? А я объясняю, что жизнь сейчас состоит из таких элементов, которые мне категорически не нравятся, тем более, если они появляются в романтической комедии.
У моего поколения иная система визуальных ценностей и город мы ощущаем по-другому – мы уже не видим романтики в парке с чугунными лавочками. Или тогда это должна быть такая лавочка, как в фильме «Амели» – чтобы листва, велосипед, мальчик в шарфе и все ах какое вкусное. Но если мы хотим вкусное, то сейчас проще поставить эту лавочку в павильон на хромакей и потом подложить какой-то красивый фон, чем искать все это в Москве, толкаться в пробках, разгонять зевак, отмывать улицы и так далее. В нашем городе даже холмов нет, чтобы снять прогулку главных героев и их поцелуй на закате – на Воробьевых горах сидят гопники и пьют пиво. А разогнать гопников, они отойдут на 10 метров, достанут мобильники и начнут снимать, как вы работаете. Замкнутый круг. Поэтому я с огромным трудом вышел на съемки в город.
Но вопреки всему у нас очень красиво получилось. Если не знать, что это российский фильм, то по изображению его невозможно отличить от американского. Я считаю, что визуально «Свадьба по обмену» даже лучше, чем среднестатистический американский ромком. Конечно, «Секс в большом городе 2» в стилистическом плане более выразительный, но там и бюджет соответствующий. А в рамках нашего бюджета мы сделали очень достойную картинку.

Корреспондент:
Вы очень часто ссылаетесь на Голливуд. А Вы устраивали застольные читки сценария, как у них принято?

Дмитрий Грачев:
Конечно, устраивали. Я вам больше скажу: у нас даже была готова раскадровка фильма, сделанная в американской программе Frame Forge, в которой полностью воссоздаются объекты. Таким образом, у нас весь фильм был предварительно визуально проснят в 3D формате. Я, например, монтировать научился раньше, чем снимать (снимать я еще даже не знаю, научился или нет). Поэтому весь фильм был еще и заранее смонтирован на бумаге. Ведь не для каждой сцены нужно заявлять место действия, иметь вход и выход – все это можно решить монтажно. Наверное, профессиональным взглядом видно, что какие-то сцены изначально снимались под монтаж.

Корреспондент:
Но раскадровки в основном используют для съемок каких-то сложно-постановочных сцен. Зачем они нужны на романтической комедии?

Дмитрий Грачев:
Знаете, когда выработка в день большая, раскадровки очень помогают. Работа на площадке – это же не придумывание фильма. Фильм рождается на подготовительном периоде, а на съемку нужно приходить, уже точно зная, что и как ты хочешь снимать. А как иначе? Ты приходишь на площадку, где тебя ждут 40 человек. Все на тебя смотрят, все в тебя верят и ждут твоих указаний. Так что раскадровки это очень хорошая подстраховка. Другое дело, что во время съемок я их почти ни разу не открыл, потому что пока ты их делаешь, все очень хорошо запоминается и потом уже не нужно никуда подглядывать. Так что раскадровка не нужна, только когда ты ее сделал. И если я когда-нибудь стану продюсером, я, наверное, всех режиссеров буду заставлять полностью раскадровывать свои фильмы. Потому что именно так кино в голове четко раскладывается на кадрики.

Корреспондент:
А Вам хочется быть продюсером?

Дмитрий Грачев:
На «Свадьбе по обмену» Аня Меликян очень многое мне позволяла – большую часть решений я принимал самостоятельно и, по сути, был креативным продюсером проекта. И мне понравилось. И хотя у меня, кажется, неплохо получалось, я понял, почему на каждой картине должен быть генеральный продюсер – иногда творческому человеку просто необходимо упереться в чью-то волю. В этом смысле у нас с Аней Меликян получилось очень правильное сотрудничество: с одной стороны она руководитель, а с другой она до какого-то разумного предела все мне позволяла. Что-то она брала на себя. Вот, например, не умею я работать с кастингом – ну, не могу сходу сказать, каких артистов хочу снимать в той или иной роли.

Корреспондент:
И Вы так просто в этом признаетесь?

Дмитрий Грачев:
А что? Зато я хорошо монтирую и умею подбирать музыку. У каждого есть свои сильные и слабые стороны. Честное слово, я очень хочу научиться подбирать актеров, но для этого нужно ходить в театр, а мне там не нравится – не могу сосредоточиться, мне постоянно кажется, что все кривляются. Вот Аня Меликян прекрасно работает с кастингом, и на «Свадьбе по обмену» я полностью доверился ей в этом вопросе.

Корреспондент:
И какое кино Вы хотите снимать дальше как режиссер и как продюсер?

Дмитрий Грачев:
Я хочу составить конкуренцию Тимуру Бекмамбетову. Да, хочу «Трансформеров». Я считаю, кино должно развлекать. Есть режиссеры, которые снимают умное кино. И я с удовольствием его смотрю. «Призрак» Романа Полански – это потрясающее кино. Но я понимаю, что на таком уровне я мыслить пока не умею. А дальше я иду на «Черную молнию» или на «Трансформеров» и понимаю: «А вот это я как раз могу». Так что это мой путь, и следующий мой проект будет комедийный фантастический экшн. Сценарий сейчас переписывается.

Корреспондент:
Какие-то свои слабости Вам удалось преодолеть на второй картине?

Дмитрий Грачев:
В этот раз я меньше волновался и, пройдя пост-продакшн с «Невестой любой ценой», я уже больше понимал все эти пленочные нюансы. Плюс на «Свадьбе по обмену» я гораздо больше работал над сценарием. Если в «Невесте» мои правки были чисто косметические, то в «Свадьбе» я уже перелопатил весь сценарий и многое изменил по смыслу. В первоначальном варианте это Соня хотела быстрее замуж, а Руслан от нее всячески отбивался. Но когда я раз за разом получал варианты сценария с этим сюжетным ходом, постепенно понял, что это не сработает – Руслан оказывался практически положительным персонажем. Ну, не хочет мужик жениться, что такого? Я понял, что нужно сделать наоборот: чтобы Руслан хотел побыстрее женить на себе эту супермодель, потому что он ведущий с большими амбициями и ему нужно пиариться.

Корреспондент:
Когда на экране появляется Руслан (герой Федора Бондарчука), мы видим, что это самовлюбленный, фальшивый и глупый человек. Неужели такая девушка как Соня этого не понимает?

Дмитрий Грачев:
Я могу объяснить, почему это происходит с нашей героиней и множеством реальных девушек ее профессии. Соня фотомодель, а значит она в этом бизнесе с 14-15 лет. Чем известнее и успешнее она становилась в профессиональном плане, тем сильнее сужался круг людей, с которыми она могла общаться. А круг этот состоит из трех категорий людей. Первая – это подружки-фотомодели. Вторая – стилисты-геи, которые вообще не по этой части. И третья категория – это дядечки-бизнесмены, которые хотят покатать на яхте и сделать то, на что не способны стилисты. Все. А поскольку у нас героиня приличная девушка, она лет, допустим, в 20-22 встречает телеведущего Руслана, более или менее нормального мужчину – не олигарха и не стилиста. Годы идут, и в какой-то момент она просто к нему привыкает. Сравнивать Соне все равно не с чем – она не знает, какие еще бывают мужчины, потому и живет с таким Русланчиком. Ну, это же романтическая комедия – чтобы сюжет начал свое развитие, должна быть некая несправедливость, какой-то диссонанс в мире главных героев.

Корреспондент:
Мне кажется, наш зритель до сих пор с трудом сочувствует героям, которые ездят на дорогих машинах, носят бриллианты и едят устриц… Когда нам показывают, как то же самое происходит в Америке, мы принимаем это молча, а вот если это персонажи российского кино, где-то на подсознательном уровне начинается какое-то отрицание, Вам не кажется?

Дмитрий Грачев:
Очень правильный вопрос. Вообще в нашей стране было бы логичнее и правильнее снимать такие комедии, как «Гараж». Почему? Потому что мы такие, это про нас. А тот уровень жизни, который все чаще и чаще появляется на киноэкране, мягко говоря, не соответствует тому, как живет большинство людей в России. Поэтому с одной стороны зрители не хотят идти в кино, чтобы смотреть романтическую комедию про уборщицу и слесаря, а с другой недоступная красивая жизнь тоже вызывает у них внутренний протест. Но нельзя во всем винить кино. Кино это только частичка тех социальных настроений, которые царят в обществе.
Возможно, мы тоже не совсем правы, пропагандируя высокие стандарты жизни, которые зритель не может себе позволить. Но в нашем фильме побеждает любовь, а это главное. К тому же в кино зритель все равно хочет мечтать. То же самое со мной – я дорисовывал Москву, чтобы создать на экране настоящий романтический город, которого уже нет в природе, но в котором я мечтаю видеть наших героев. Это своего рода компромисс между двумя отдаляющимися друг от друга реальностями. Наш фильм завис где-то посередине между мечтой и действительностью. Видимо, такова этимология сказки. В конце концов, все сказки либо о приключениях сказочных существ, либо о любви Принцессы и Свинопаса.

Источник: www.proficinema.ru



Контакты
© 2000-2011 «Фонд творческих проектов». Москва, ул. Новочеремушкинская д.60 корп. 2, тел. +7 (095) 332-25-33